Российский телесериал

 
Новости

Сериалы

Фотогалерея

Актеры

Рейтинг

Опрос-2005

Архив

Предыдущая Следующая

Есть в «Проверке на дорогах» ключевая сцена. Партизаны заминировали железнодорожный мост, по которому должен пройти фашистский эшелон с оружием. Но когда приходит время давать команду, Локотков медлит: под мостом идет баржа с пленными красноармейцами, ценой их жизней будет оплачен отнятый у врага эшелон. Иван Егорович пропускает баржу и только после этого, когда мост уже пуст, нажимает кнопку. Комиссар Петушков в ярости (актерскому темпераменту Солоницына сродни эти фанатические ноты в характере своего героя): для него каждый, кто оказался в плену, предатель, жалеть его нечего. Но Локотков уверен в своей правоте: на барже — наши люди.

Алексей Герман стремился во всем добиться документальной правды. Работу над фильмом он начал с отсмотра хроники в Госфильмофонде. В его группе тщательно готовили материал по каждому эпизоду фильма, выклеивали огромные щиты фотографий, с которыми сверяли каждого актера на любую самую маленькую роль.

Актерские пробы Герман проводил непривычно. Посреди студийного двора соорудили лес, а в нем — телега, стог сена, шалаш. Здесь и снимали, иногда под дождем, добиваясь ощущения настоящей природы. Пробы были высоко оценены студией, но от ряда актеров предлагали отказаться. Вызывали возражение и Быков на роль Локоткова (руководству больше нравился Глазырин), и Заманский — Лазарев, слишком уж трагичными казались его глаза, и Одиноков на роль Ерофеича; с такой внешностью принято было играть героев положительных. Но пробы были убедительные, и Герману разрешили взять тех актеров, которых он хотел.

Часть съемок должна была происходить в Калинине (ныне — Тверь), но туда пришла ранняя зима. А по сценарию нужна осень. Если переводить все на зиму, то что делать с началом, уже отснятым?

Герман придумал перенести уже снятую «осеннюю» сцену с отравлением картошки в пролог, которого в сценарии не было. И получилось даже лучше: выкопали, перетравили картошку — и тут же сразу зима. Группа перестроилась на зиму, сняли первый эпизод и… все опять растаяло.

На «Операции» много времени и сил ушло на поиски натуры — брошенной деревни, которую можно было бы сжечь в сцене нападения карателей на партизан. Герман и его помощники проехали тысячи километров — и никаких результатов. В одной из деревень группа восстала: «Хватит! Сколько можно! Мы устали». И отправилась обедать. Герман, вспылив, от обеда отказался.

Расхаживая возле деревенской столовой, он спросил у куривших рядом мужиков, нет ли поблизости брошенной деревни. «Как же! Есть, — отвечали мужики, — два километра отсюда». Алексей Герман успел сходить туда и вернуться как раз, когда его спутники выходили из столовой. «Это был миг моего торжества! — восклицает режиссер. — Случается же такое! Деревня оказалась просто идеальной для нас: если бы специально ее строили, и то сделать бы так не получилось».

Для сцены сожжения нашли настоящих плакальщиц. Ту бабу, которая голосит над убитым мальчонкой, сняли незаметно для нее: поднесли стопочку, и как она заголосила, завыла! Этот ее плач сделали потом музыкальным сопровождением к сцене сожжения деревни.


Предыдущая Следующая