Российский телесериал

 
Новости

Сериалы

Фотогалерея

Актеры

Рейтинг

Опрос-2005

Архив

Предыдущая Следующая

Ростоцкий придирчиво отбирал актрис на роли девушек-зенитчиц. Перед режиссером за три месяца подготовительного периода прошли несколько сотен вчерашних выпускниц и действующих студенток творческих вузов.

Елена Драпеко училась в Ленинградском институте театра, когда помощники Ростоцкого обратили на нее внимание. Елену утвердили на роль Лизы Бричкиной, той, что погибает первой, погибает страшной, отчаянной смертью — тонет в болоте, идя с донесением в часть.

«Играла фактически себя, — говорит Драпеко. — Хотя, конечно, пришлось поработать, потому что я ни в какой деревне не жила, а была девочкой из вполне интеллигентной семьи, на скрипочке играла. Но "корни" у меня с Лизой Бричкиной совпали: по папиной линии предки были хохлы, они из крестьян, так что в генах это, видимо, присутствует».

Когда Лиза тонула в болоте, зрители плакали. А как снимали эту трагическую сцену?

«Как все в старом кино, — говорит Елена Драпеко. — У нас не было компьютерной графики, никаких фокусов, поэтому снимали живьем. Это трюковая съемка. В болоте динамитом взорвали воронку, туда стеклась жижа. Мы знали, где эта яма находится. Я туда прыгала и погружалась. Потом меня оттуда выуживали, как репку из грядки».

Актриса Ирина Шевчук вспоминала: «А у меня была очень сложная сцена, где я умираю. Перед съемкой я наслушалась врачей о том, как ведут себя люди при ранении в живот. И так вошла в роль, что после первого же дубля потеряла сознание!»

Съемки на болоте были трудными и с технической точки зрения. Кинокамеры установили на плотах, с них и снимали.

5 октября группа вернулась в Москву. Однако к съемкам в павильоне приступили только через полторы недели: Мартынов, Остроумова и Маркова с театром ТЮЗ отправились на гастроли в Болгарию.

Когда все зенитчицы оказались в сборе, приступили к съемкам эпизода в бане. Пять часов Ростоцкий уговаривал девчат сняться обнаженными, но они отказывались, так как были воспитаны в строгости. Ростоцкий убеждал, что это очень нужно для фильма: «Вы же все время в сапожищах, в гимнастерках, с ружьями наперевес, и зрители забудут о том, что вы женщины, красивые, нежные, будущие мамы…»

На киностудии подбирали женскую операторскую бригаду, искали осветителей-женщин, и условие было одно: на съемочной площадке из мужчин только режиссер Ростоцкий и оператор Шумский — и то за пленкой, огораживающей баню.

Девушки репетировали все в купальниках, и лишь на съемку разделись. Включили камеру, пустили пар, и вдруг раздался резкий звук — и в баню вбежал мужик в ватнике, кепке, сапожищах, с криком: «Ложись! Ложись!» Это у него взорвалась паросиловая установка. Он загляделся на обнаженных актрис и о своих обязанностях забыл…

Сцену все-таки отсняли. На экране в ней солировала — шестнадцать секунд! — Ольга Остроумова.

С банным эпизодом потом было много проблем. После первого просмотра картины начальство потребовало вырезать откровенную сцену. Но Ростоцкому каким-то чудом удалось ее отстоять.


Предыдущая Следующая